roar22 (roar22) wrote,
roar22
roar22

Category:

Небензя: как это делается в ООН



Русский постпред в ООН получил распоряжение срочно заключить с кем-нибудь договор о неразмещении первыми оружия в космосе. Конец февраля, а план по договорам не выполнен.

Что означает слово "первыми", Небензя не знает, ему даже неинтересно, – за это его Лавров и любит. Лавров и сам не знает, что означает слово "первыми". Его спросил один журналист, он его послал: "Первыми нельзя, идиот! А вторыми пока можно, если договор не перепишут, кретин!" Журналисты любят общаться с Лавровым. Немедзя не любит, именно по этой причине он – постпред, а вы нет.

Идет Небензя по коридору ООН, видит – навстречу толстый негр. Если толстый – значит, начальник. У белых наоборот, хотя тоже не всегда.

- Ты кто? – спрашивает русский постпред.

- А ты кто?

- Я Небензя.

- А я негр! – отвечает толстый на чисто русском языке. Он отучился в Пензенском институте протезной медицины и знает, что́ отвечать русским при встрече. При этом широко улыбается. От него по разным городам России бегает несколько шоколадных ребятишек. Удивительный феномен: все – поклонники Путина.

- Сам вижу, что не швед, – говорит ему Небензя. Ему не до смеха, на выполнение остаточных планов остался один день. – Ты какой страны негр?

Тут негр становится серьезным, потому что дело касается статуса. Говорит голосом Нельсона Манделы, то есть очень торжественно, как умел говорить один Нельсон Мандела и только на фиджи-английском:

- В моем лице перед вами, белая масса, глава миссии африканской республики Ахмад Кабба из Сьерре-Леоне! – И судя по вздрагиванию тела, видно, что у него в голове гремят тамтамы родного гимна.

- Давай, Леоне, подписывай бумагу, – говорит Небензя и протягивает заранее приготовленный лист, где уже стоит русская печать и очень длинная чья-то подпись, может даже самого Лаврова, которая, как известно, кончается знаком виселицы.

- Что это? – спрашивает Мандела-Леоне, потому что не умеет читать по-английски, а в виселице не находит никакого подвоха.

- Сейчас, – говорит Небензя и читает по бумажке: "Договор о неразмещении первыми и так далее".

- А если вы нарушите и разместите первыми, а мы только вторыми? Кто будет отвечать – я или мое правительство? – спрашивает Леоне, прикидываясь шлангом.

Небензя смотрит на него с сожалением, потому что на шланг Леоне явно не тянет.

- Мы первыми не будем! – И протягивает шлангу сто долларов. – Мамой клянусь!

Небензя опытный боец, он по опыту знает, что грузинская клятва – она и в Африке клятва. Так и есть! Собеседник, не глядя, сует деньги в карман и заявляет:

- Двести!

Небензя вздыхает и дает еще одну сотню. Потом пересчитывает наличные в бумажнике, снова вздыхает. Тем временем шланг ставит подпись, шлепает по ней печатью, которую, оказывается, всегда носит с собой на случай непредвиденных доходов.

Осталось три договора. Во, дичь сама бежит навстречу охотнику!

- Ты кто? – спрашивает Небензя поджарого азиата.

Тот широко улыбается:

- Я узкоглазая чурка! А ты Небензя? – Азиат отучился в Воркутинском институте мелиораторов тундры и знает, что отвечать русскому.

- Очень хорошо! – заявляет Небензя. – Подписывай с нами договор, сейчас зачитаю: о недопущении размещения стратегических бомбардировщиков на обратной стороне Марса. – И протягивает сто баксов.

Азиат работает местным уборщиком, его семья переехала в Штаты по еврейской линии из Барнаула, но деньги "чурка" берет охотно. И подпись у него лихая, с китайскими ятями, без виселиц.

28 февраля, последний день зимы. Осталось две подписи. Небензя хищно оглядывает коридор и занимает позицию у мужского туалета. Если верить заявлениям русского МИДа, именно здесь творится международная история.


Tags: диалоги, куклы, прочтите, рускимир
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments